Неточные совпадения
Особенно был густ этот запах в угрюмом кабинете, где два шкафа служили как бы окнами в
мир толстых книг, а
настоящие окна смотрели на тесный двор, среди которого спряталась в деревьях причудливая церковка.
Понимая всю важность этих вопросов, издатель
настоящей летописи считает возможным ответить на них нижеследующее: история города Глупова прежде всего представляет собой
мир чудес, отвергать который можно лишь тогда, когда отвергается существование чудес вообще.
Настоящий, глубокий немец всегда хочет, отвергнув
мир, как что-то догматически навязанное и критически не проверенное, воссоздать его из себя, из своего духа, из своей воли и чувства.
Но совершенно на другом конце, в точных науках о природном
мире, мы сейчас встречаемся с
настоящей трагедией ученого.
«Да, совсем новый, другой, новый
мир», думал Нехлюдов, глядя на эти сухие, мускулистые члены, грубые домодельные одежды и загорелые, ласковые и измученные лица и чувствуя себя со всех сторон окруженным совсем новыми людьми с их серьезными интересами, радостями и страданиями
настоящей трудовой и человеческой жизни.
Апокалипсис раскрывает будущее, заложенное в
настоящем, но он не ограничивается этим; ибо содержит и откровение о том, что Бог сотворит с
миром промышлением Своим и всемогуществом Своим.
Поэтому, если смотреть из прошлого и
настоящего в будущее, вообще рассматривать
мир во времени и из времени, он представляется как неопределенное множество разных возможностей, из которых только одна избирается и осуществляется тварной свободой.
Должны существовать идеи не только
настоящих вещей, но и прошедших, даже идеи отрицания, относительного, гибнущего, смерти, уничтожения и под Сила этого аргумента заключается в прямом отожествлении понятий, возникающих в
мире явлений и по поводу их, с самыми идеями, но это прямолинейное отожествление отнюдь не вытекает из платоновского учения, ибо
мир идей, хотя и имманентен
миру явлений, как его основа, но вместе с тем и принципиально от него отличается Идеи в нем погружены в становление и небытие, терпят многочисленные преломления и отражения, собственно и составляющие область относительного.
На эту строгую депешу я отвечал высылкою двадцати четырех тысяч франков и длинным письмом, совершенно дружеским, но твердым; я говорил, насколько я теоретически согласен с ним, прибавив, что я, как
настоящий скиф, с радостию вижу, как разваливается старый
мир, и думаю, что наше призвание — возвещать ему его близкую кончину.
И
настоящее осмысливание заключается в том, чтобы понять все происшедшее с
миром как происшедшее со мной.
Мне этот
мир не только чужд, но и представляется не
настоящим, в нем объективируется моя слабость и ложное направление моего сознания.
Герцен ушел из рабства николаевской России в свободу западного
мира и не нашел там
настоящей свободы.
Я не чувствовал себя по-настоящему и глубоко гражданином
мира, гражданином общества, государства, семьи, профессии или какой-либо группировки, связанным единством судьбы.
Много раз в моей жизни у меня бывала странная переписка с людьми, главным образом с женщинами, часто с такими, которых я так никогда и не встретил. В парижский период мне в течение десяти лет писала одна фантастическая женщина,
настоящего имени которой я так и не узнал и которую встречал всего раза три. Это была женщина очень умная, талантливая и оригинальная, но близкая к безумию. Другая переписка из-за границы приняла тяжелый характер. Это особый
мир общения.
Персоналистическая революция, которой по-настоящему еще не было в
мире, означает свержение власти объективации, разрушение природной необходимости, освобождение субъектов-личностей, прорыв к иному
миру, к духовному
миру.
В таком
мире, лишенном измерения глубины, нет и
настоящей трагедии, и это, вероятно, и пленяет многих.
По-настоящему новый
мир может быть создан лишь из глубины субъективного.
Но коммунистическая революция, которая и была
настоящей революцией, была мессианизмом универсальным, она хотела принести всему
миру благо и освобождение от угнетения.
При этом нужно сказать, что Нечаев, которого автор «Бесов» неверно изображает, был
настоящим аскетом и подвижником революционной идеи и в своем «Катехизисе революционера» пишет как бы наставление к духовной жизни революционера, требуя от него отречения от
мира.
— Вы никогда не думали, славяночка, что все окружающее вас есть замаскированная ложь? Да… Чтобы вот вы с Дидей сидели в такой комнате, пользовались тюремным надзором мисс Дудль, наконец моими медицинскими советами, завтраками, пользовались свежим бельем, — одним словом, всем комфортом и удобством так называемого культурного существования, — да, для всего этого нужно было пустить по
миру тысячи людей. Чтобы Дидя и вы вели
настоящий образ жизни, нужно было сделать тысячи детей нищими.
По-настоящему, человеку-то Божьему не след бы и глядеть на видимый
мир.
— Лодку! Живей! Человек тонет! — А сказал это после того, как напрасно всем
миром просили Никифора Захарыча спасти и другого утопленника. Все видели, что это на воде не человек, а
настоящий окунь. Но Никифор Захарыч упорно отказывался от просьбы.
Правду сказать, он не то чтоб
настоящим ходоком от
миру был, чтоб нарочно в город посылали его с жалобой, на это он ни за что бы в свете не пошел.
— Все, кто тебя ни заверял, — одна плутовская ватага, — сказал наконец Колышкин, — все одной шайки. Знаю этих воров — нагляделся на них в Сибири. Ловки добрых людей облапошивать: кого по
миру пустят, а кого в поганое свое дело до той меры затянут, что пойдет после в казенных рудниках копать
настоящее золото.
В литературном
мире у меня было когда-то много знакомого народа, но ни одного
настоящего друга или школьного товарища. Из бывших сотрудников"Библиотеки"Лесков очутился в числе кредиторов журнала, Воскобойников работал в"Московских ведомостях"у Каткова, Эдельсон умер, бывший у меня секретарем товарищ мой Венский практиковал в провинции как врач после довершения своей подготовки на курсах для врачей и получения докторской степени.
Тогда только даже и после речей некоторых пролетариев на конгрессах"
Мира и свободы", мне привелось слушать
настоящих мастеровых, произносящих не только сильные по фактам, но и блестящие речи. Какой-нибудь брюссельский портной, или печатник, или оружейник — говорили прекрасно, с заразительным пылом
настоящих рабочих, а не просто агитаторов «из господ».
Но это замечательная, единственная в своем роде книга. Des Esseintes, герой «A rebours», его психология и странная жизнь есть единственный во всей новой литературе опыт изобразить мученика декадентства,
настоящего героя упадочности. Des Esseintes — пустынножитель декадентства, ушедший от
мира, которого не может принять, с которым не хочет идти ни на какие компромиссы.
Когда этот пустынножитель уходит в
мир запахов или цветов, Гюисманс дает
настоящее исследование по мистике запахов и цветов. Des Esseintes доходит до отчаяния, он замечает, что «рассуждения пессимизма бессильны помочь ему, что лишь невозможная вера в будущую жизнь одна только могла бы успокоить его».
Уходить я собирался без отвращения, без проклятий, но я хотел собственной силы, и уже
настоящей, не зависимой ни от кого из них и в целом
мире; а я-то уже чуть было не примирился со всем на свете!
И
настоящий трагизм этики в том, что закон имеет свою положительную миссию в
мире.
Но
настоящая любовь есть редкий цветок в нашем
мире и не принадлежит обыденности.
Затем все главные события моего романа позамолкли на некоторое время, кроме разве того, что Английский клуб, к великому своему неудовольствию, окончательно узнал, что Тулузов мало что представлен в действительные статские советники, но уже и произведен в сей чин, что потом он давал обед на весь официальный и откупщицкий
мир, и что за этим обедом только что птичьего молока не было; далее, что на балу генерал-губернатора Екатерина Петровна была одета богаче всех и что сам хозяин прошел с нею полонез; последнее обстоятельство если не рассердило серьезно
настоящих аристократических дам, то по крайней мере рассмешило их.
Настоящая любовь, всегда бывшая редким цветком, агонизирует и исчезает из
мира,
мир стал слишком низок для нее.
Правда распинается в
мире, но
настоящая сила в правде, Божией правде.
Настоящая аристократическая порода есть порода людей, которые не могут занять положения в тех отношениях господства и рабства, на которых держится обыденный объективированный
мир.
Но климат
мира не благоприятен для
настоящей любви, он слишком часто бывает для нее смертелен.
Настоящая глубокая коренная революция есть изменение структуры сознания, изменение отношения к объективированному
миру.
В революции происходит процесс объективации, отчуждение человеческой природы в объектный
мир, в то время как
настоящая и радикальная революция должна была бы быть победой над всякой объективацией и переходом в свободную субъективность.
Бог есть всяческая во всем, Бог все держит в своей руке и все направляет, только Бог есть
настоящее бытие, человек же и
мир есть ничто, только Бог свободен, человек же
настоящей свободой не обладает, только Бог творит, человек же к творчеству не способен, все от Бога.
— Как, Жорж Занд позаимствовалась от умных людей?! — опять воскликнул Павел. — Я совершенно начинаю не понимать вас; мы никогда еще с вами и ни в чем до такой степени не расходились во взглядах наших! Жорж Занд дала
миру новое евангелие или, лучше сказать, прежнее растолковала
настоящим образом…
По
настоящим своим чувствованиям Вихров счел бы губернатора за первого для себя благодетеля в
мире, если бы тот отпустил его в отпуск, и он все сидел и обдумывал, в каких бы более убедительных выражениях изложить ему просьбу свою.
Этот m-r Jules был очень противен Варваре Павловне, но она его принимала, потому что он пописывал в разных газетах и беспрестанно упоминал о ней, называя ее то m-me de L…tzki, то m-me de ***, cette grande dame russe si distinguée, qui demeure rue de P…, [Г-жа ***, это знатная русская дама, столь изысканная, которая живет по улице П… (фр.)] рассказывал всему свету, то есть нескольким сотням подписчиков, которым не было никакого дела до m-me L…tzki, как эта дама,
настоящая по уму француженка (une vraie française par l’ésprit) — выше этого у французов похвал нет, — мила и любезна, какая она необыкновенная музыкантша и как она удивительно вальсирует (Варвара Павловна действительно так вальсировала, что увлекала все сердца за краями своей легкой, улетающей одежды)… словом, пускал о ней молву по
миру — а ведь это, что ни говорите, приятно.
В картинах Пикассо чувствуется
настоящая жуть распластования, дематериализации, декристаллизации
мира, распыление плоти
мира, срывание всех покровов.
Вы можете, в
настоящее время, много встретить людей одинакового со мною направления, но вряд ли встретите другого меня. Есть много людей, убежденных, как и я, что вне администрации в
мире все хаос и анархия, но это большею частию или горлопаны, или эпикурейцы, или такие младенцы, которые приступиться ни к чему не могут и не умеют. Ни один из них не возвысился до понятия о долге, как о чем-то серьезном, не терпящем суеты, ни один не возмог умертвить свое я и принесть всего себя в жертву своим обязанностям.
«Паны дерутся, а у хлопов чубы болят», — говорит старая малороссийская пословица, и в
настоящем случае она с удивительною пунктуальностью применяется на практике. Но только понимает ли заманиловский Авдей, что его злополучие имеет какую-то связь с «молчаливым тостом»? что от этого зависит война или
мир, повышение или понижение курса, дороговизна или дешевизна, наличность баланса или отсутствие его?
Однако ж этой чепухе верили, так как
настоящих фактов под руками не было, а между тем всем хотелось заранее угадать, какою неожиданностью подарит
мир европейский концерт.
Я покорно пошел, размахивая ненужными, посторонними руками. Глаз нельзя было поднять, все время шел в диком, перевернутом вниз головой
мире: вот какие-то машины — фундаментом вверх, и антиподно приклеенные ногами к потолку люди, и еще ниже — скованное толстым стеклом мостовой небо. Помню: обидней всего было, что последний раз в жизни я увидел это вот так, опрокинуто, не по-настоящему. Но глаз поднять было нельзя.
Говорят: «То только
настоящее бессмертие, при котором удержится моя личность». Да личность моя и есть то, что меня мучает, что мне более всего отвратительно в этом
мире, от чего я всею жизнью своей старался избавиться.
Часто люди, не соглашаясь с учением Христа в его
настоящем смысле, не соглашаясь с воздаянием добром за зло, говорят, что если принять это учение, то разрушится весь привычный порядок жизни, и что поэтому учение это нельзя принять. А между тем учение Христа и есть именно такое учение, которое должно разрушить дурное устройство нашей жизни. Оно затем и проповедано
миру, чтобы разрушить старый дурной порядок и установить на его место новый, хороший.
Если человек не видит в каждом ближнем тот же дух, который соединяет его со всеми людьми
мира, он живет, как во сне. Только тот проснулся и живет по-настоящему, кто во всяком ближнем видит и себя и бога.